Прославленный Государственный академический симфонический оркестр им. Евгения Светланова в этом году отмечает 75-летие. Меломанам столицы повезло побывать на единственном концерте, ставшем заключительным аккордом в рамках Дней русской культуры в Молдове. Отработав концерт, дирижер оркестра Александр СЛУЦКИЙ дал «АиФ-М» эксклюзивное интервью.

Естественная чувственность

- Александр Львович, что прозвучало в кишиневском концерте?

- Мы включили в программу выступления произведения П. И. Чайковского в полной уверенности, что именно эта программа доставит вашей публике наибольшее удовольствие. Прозвучали три отрывка из «Снегурочки». Зрители очень тепло приняли молодого скрипача Сергея Догадина. Он - лауреат многих международных конкурсов, а также последнего конкурса им. Чайковского, прошедшего в этом году в Москве. Во втором отделении оркестр исполнил шесть отрывков из «Времен года» и один из шедевров композитора симфоническую фантазию «Франческа де Римини».

Последний раз оркестр выступал у вас два года назад, и нас тоже очень тепло принимали. Приятно, что в вашем городе оркестру всегда гарантированы радушный прием, хорошая организация концертов. В отличие, например, от Одессы, где тоже планировалось выступление, на этот раз в сентябре, но не состоялось.

- В чем, на ваш взгляд, заключается уникальность звучания оркестра?

- Наши артисты порой и сами задают себе этот вопрос... В любом случае наибольший вклад в его развитие внесли такие дирижеры, как Натан Рахлин и Евгений Светланов. Из прежнего, светлановского состава в оркестре осталось всего семь музыкантов. Но даже если останется только один из нас, он тоже сумеет передать, а молодежь - перенять лучшие традиции, неистребимые светлановские основы.

Стоя перед музыкантами, я стараюсь возвратить их к стилю Светланова, которого музыковеды окрестили «последним романтиков 20-го века». Я впитал его естественную чувственность. По-другому не мыслю, не чувствую, не слышу музыки. Светлановский почерк естествен, как наша с вами речь, например. С ее спонтанными интонациями, паузами. И еще. На сцене один артист может просто играть на инструменте, а другой живет той музыкой, которую исполняет. Сегодня живет Шостаковичем, завтра - Чайковским. Так было и у этого великого музыканта.

- Что-то изменилось после того, как не стало Евгения Светланова?

- Конечно, с приходом Марка Горенштейна, который почти 10 лет является главным дирижером и руководителем коллектива, появилось что-то новое. Может быть, стало немного больше рациональности. Кстати, как и я, он начинал в оркестре скрипачом. Затем мы оба состоялись и как дирижеры.

Звезда упала...

- Что было до Москвы? Где родились и росли?

- Детство вспоминаю с удовольствием. Я - коренной бакинец. До сих пор обожаю этот город, в котором раньше никогда не было даже намека на национализм. Мама была пианисткой, педагогом, папа работал главным врачом больницы. Брат, как и я, стал скрипачом. После учебы в Баку погнался за самостоятельной жизнью. Подальше от родительской опеки. В Сибири закончил Новосибирскую консерваторию. Работал в Кемеровской филармонии, преподавал.

- С чего начался московский период?

- С того, что в этом городе на меня упала счастливая звезда. Понял это, когда был принят в светлановский оркестр. Правда, меня зачислили со второго захода, почти через год. И ровно четверть века я был скрипачом. Спустя время принял предложение дирижировать в США балетом «Щелкунчик». Просто не смог отказаться. Наверное, в душе каждого музыканта живет дирижер. И ему хочется охватить весь масштаб произведения. Сам процесс дирижерской работы - несказанное удовольствие и счастье. Можно сравнить с тем, как скульптор отсекает от огромной глыбы по кусочку камня. Из-под его рук вырисовывается абсолютно новый образ. И сам процесс тебя захватывает.

В ответе за всех

- Как музыкантов зачисляют в оркестр?

- Исключительно на конкурсной основе. Новичков, исполняющих сольную программу, прослушивает художественный совет из солистов госоркестра. Председатель - главный дирижер. После отбора назначается второй тур, где исполняется оркестровая партия. И только затем в ходе голосования принимается решение. Но музыканта берут с испытательным сроком.

- Каково это - руководить большим коллективом музыкантов?

- Много лет проработал вторым дирижером. С начала сентября на время болезни Марка Горенштейна временно исполняю обязанности худрука и главного дирижера оркестра. Так что сейчас на меня обрушилось много дополнительных обязанностей и ответственности. Считаю, что руководителя должны уважать, но не бояться. И любить его вовсе необязательно.

В оркестре почти 100 музыкантов, и у каждого свое представление о музыке. Когда кто-то не согласен с моей трактовкой, я должен суметь не только убедить, но и увлечь. Чтобы он мне доверился, поверил. Играл так, как я его направляю, в меру своих способностей, конечно. В сольной программе музыкант волен полностью ориентироваться на свое представление об исполняемой музыке.

- Это правда, что в рядах дирижеров замечено много долгожителей?

- Специально этот вопрос не изучал. Говорят, что такая статистика есть. Во всяком случае, Евгений Светланов, например, прожил 74 года. Талантливый дирижер Игорь Головчин - только 30 лет с небольшим. Те физические нагрузки, что есть в работе, положительные эмоции, конечно, идут на пользу. Но вот все остальное, думаю, - во вред здоровью. Дирижерская работа связана с огромной психологической нагрузкой. Как любой другой руководитель, ты в ответе за всех. Просто обязан все так устроить, чтобы коллективу было удобно работать. Музыкант должен понимать, что каждый день работы принесет ему что-то новое, чем-то его обогатит. Во всяком случае, так было со мной, когда оркестром руководил Светланов.

- Где до конца года еще планируете выступать?

- На ноябрь запланировано гастрольное турне по Испании. Кроме того, госоркестр постоянно дает концерты в Москве и области, ежегодно гастролирует по всей России. Эти светлановские традиции тоже сохраняются.

Оригинал